Обретение чуда [= Создатели чуда ] - Дэвид Эддингс

Поскольку Дерник, явно чувствующий себя неловко в роскошнообставленных комнатах, сразу после завтрака улизнул в конюшни, Гарион остался вкомпании Бэйрека, терпеливо работавшего маленьким точильным камнем, удаляязазубрину на острие меча – памятку о неприятной встрече в Меросе. Гарионникогда не знал, о чём говорить с рыжебородым гигантом – Бэйрек был по природемолчалив, а кроме того, умел создавать вокруг себя угрожающе зловещуюатмосферу. Поэтому Гарион провёл утро, изучая гобелены на стенах гостиной, гдебыли изображены рыцари в латах, замки на холмах и странные худые угловатыеженщины, скучающие в садах.

– Их делают в Арендии, – неожиданно раздался голос Бэйрека.

Гарион подпрыгнул от неожиданности. Великан подошёл такнеслышно, что мальчик ничего не заметил.

– Откуда ты знаешь? – вежливо спросил он.

– Аренды любят вышивать и ткать, – пояснил Бэйрек, – ивыделка гобеленов помогает женщинам скоротать время, пока мужчины стараютсяпродырявить друг друга мечами.

– Неужели они действительно носят всё это? – спросилГарион, показывая на изображение рыцаря в тяжёлом вооружении.

– Конечно, – рассмеялся Бэйрек, – это и ещё многое.Даже лошади закованы в латы. По-моему, это сплошная глупость.

Гарион шаркнул ногой по ковру:

– Он тоже арендийский?

– Маллорийский, – покачал головой Бэйрек.

– Как удалось доставить его из Маллории? – удивилсямальчик. – Я слыхал, что Маллория находится на другом конце земли.

– Далеко, – согласился Бэйрек, – но купцы пройдут идальше, лишь бы получить прибыль. Такие товары обычно перевозят по Северномукараванному пути из Гар Ог Недрака в Боктор. Маллорийские ковры очень ценятсябогачами. Мне самому они не очень-то по душе, потому что я не желаю иметь делос любой вещью, имеющей отношение к энгаракам.

– Сколько племён у энгараков? – спросил Гарион. – Мнеговорили, что бывают мерги и таллы, да ещё слыхал рассказы о битве при ВоМимбре, но в общем-то мало о них знаю.

– Всего пять племён, – ответил Бэйрек, усаживаясь ивновь принимаясь за дело. – Мерги, таллы, недраки, маллорийцы и, конечно,гролимы. Они живут в четырёх восточных королевствах: Маллории, Гар Ог Недраке,Миша-рак-ас Талле и Ктол Мергосе.

– Где живут гролимы?

– У них нет своего города, – мрачно ответил Бэйрек. –Гролимы – Х жрецы Торака Одноглазого и селятся повсюду в землях энгараков.Именно они приносят жертвы Тораку. Кинжалы гролимов пролили больше энгаракскойкрови, чем дюжина сражений при Во Мимбре.

Гарион вздрогнул:

– Но почему Тораку доставляет такое удовольствиеубивать собственный народ?

– Кто может сказать? – пожал плечами Бэйрек. –Извращённый и злобный бог.

Некоторые считают, что он сошёл с ума, когда использовал ОкоОлдура, пытаясь разрушить мир, и Око отплатило ему, испепелив глаз и Руку.

– Но как можно разрушить мир? – удивился Гарион. –Никогда не понимал этой части рассказа.

– Могущество Ока Олдура таково, что оно может совершитьвсё. Когда Торак поднял его, земля раскололась, а в трещины ринулось море. Этобыло очень давно, но я считаю, что так и произошло на самом деле.

– Где сейчас Око Олдура? – неожиданно спросил Гарион.

Ледяные синие глаза уставились на мальчика. Лицо Бэйрекастало задумчивым, но он ничего не ответил.

– Знаешь, что я думаю? – внезапно вырвалось у Гариона.– Наверное, Око Олдура украли. Именно его пытается найти господин Волк.

– А я вот думаю, что лучше бы тебе поменьше думать оподобных вещах, – покачал головой Бэйрек.

– Но я хочу знать, – запротестовал Гарион, не находяместа от любопытства, несмотря на предупреждения Бэйрека и остерегающий голос вглубине души. – Все обращаются со мной словно с глупым мальчишкой. Приходитсяехать неизвестно куда и зачем. Кто вообще такой господин Волк? Почему олгарытак вели себя, завидев его? Как он может следовать за тем, чего не видит?Пожалуйста, объясни мне, Бэйрек!

– Только не я, – рассмеялся тот. – Твоя тётя бороду мневырвет по волоску, если я осмелюсь на что-нибудь подобное.

– Ты ведь не боишься её, правда?

– Любой человек, у которого в голове есть хоть каплямозгов, боится её, – ответил Бэйрек, поднимаясь и кладя меч в ножны.

– Тётю Пол?! – недоверчиво ахнул Гарион.

– А ты? Разве ты не трусишь? – многозначительноосведомился Бэйрек.

– Нет, – ответил Гарион, но тут же понял, что это несовсем так. – Ну… не то чтобы трушу. Всё по-другому…

И тут же запнулся, не в силах объяснить.

– Вот именно, – кивнул Бэйрек. – Ты, я вижу, не храбрееменя, да к тому же задаёшь слишком много вопросов, на которые мудрее всего неотвечать. Хочешь знать об этих вещах, спроси у своей тёти.

– Она не скажет, – угрюмо признался Гарион. – Ничегоникогда не говорила.

Даже не желает рассказать о моих родителях… только два-трислова.

– Это странно, – нахмурился Бэйрек.

– Думаю, они не были сендарами, – решил Гарион. – Именаточно не сендарийские, и Силк утверждает, что я не сендар, по крайней мере невыгляжу как они.

Бэйрек внимательно присмотрелся.

– Нет, – сказал он наконец, – теперь я тоже это вижу.Похож скорее на райвена, но не совсем.

– А тётя Пол – райвенка? Глаза Бэйрека слегка сузились:

– Опять вопросы, на которые не стоит отвечать, покрайней мере мне.

– Но когда-нибудь я всё узнаю, – пообещал Гарион.

– Только не сегодня. Пойдём лучше во двор. Мне нужнонемного размяться.

Покажу тебе, как обращаться с мечом.

– Мне? – обрадовался Гарион. Всё любопытство куда-топропало, сметённое возбуждением при одной мысли о таком замечательном уроке.

– Ты как раз в том возрасте, кода нужно начинать, –объявил Бэйрек. – Может случиться так, что тебе пригодится это умение.

Позже, когда рука Гариона заныла от тяжести меча Бэйрека, аохота обучиться воинскому искусству слегка притупилась, возвратились господинВолк с Силком в одежде, мокрой от падавшего весь день снега. Но глаза Волкаблестели, а на лице застыло ликующее выражение. Он повёл всех в гостиную.

– Попроси тётю присоединиться к нам, – приказал старикГариону, снимая сырой плащ и подходя ближе к огню.